В этих словах - практически все. В первую очередь - место упокоения многих и многих моих родственников и близких. Тех, кого я не знал и чьих детей и внуков никогда не узнаю.
И молчание Европы, и 300 немцев и 1200 украинцев, расстреливавших евреев, и новая подлость власти коммунистов, и место спекуляций, и...
Словом, неиссякаемый источник самых острых чувств.
Я помню все - уж такая у меня скверная память. Я ничего никому не забываю. И когда эта презо-мразь в вышиванке требует (!) признать "Голодомор-33" "актом геноцида украинского народа", привязывая его к Бабьему Яру, мне делается жутко.
По большому счету, наверное прав был один из ветеранов НКВД, уцелевший в лагере и на фронте. В лагерь он загремел в 1937 и оттуда попал потом в разведку через штрафбат - как он сам говорил "По недосмотру - ранили и списали судимость, не глядя".
Он сказал мне страшную фразу, глядя в море на берегу Акко "Украина получила в 33-м за погромы. И получила от Ионы Якира и Лазаря Кагановича сполна. А ЧАЭС в 1986 - проклятие заживо сгоревших раввинов из Чернобыля". И замолчал, пуская дым из трубки.
Не время сводить счеты, когда на дворе новая война, но память-то никуда не денешь...
Поэтому не пошел я к памятнику ни 29, в годовщину расстрелов, ни позже...
Слишком все это живо.
И молчание Европы, и 300 немцев и 1200 украинцев, расстреливавших евреев, и новая подлость власти коммунистов, и место спекуляций, и...
Словом, неиссякаемый источник самых острых чувств.
Я помню все - уж такая у меня скверная память. Я ничего никому не забываю. И когда эта презо-мразь в вышиванке требует (!) признать "Голодомор-33" "актом геноцида украинского народа", привязывая его к Бабьему Яру, мне делается жутко.
По большому счету, наверное прав был один из ветеранов НКВД, уцелевший в лагере и на фронте. В лагерь он загремел в 1937 и оттуда попал потом в разведку через штрафбат - как он сам говорил "По недосмотру - ранили и списали судимость, не глядя".
Он сказал мне страшную фразу, глядя в море на берегу Акко "Украина получила в 33-м за погромы. И получила от Ионы Якира и Лазаря Кагановича сполна. А ЧАЭС в 1986 - проклятие заживо сгоревших раввинов из Чернобыля". И замолчал, пуская дым из трубки.
Не время сводить счеты, когда на дворе новая война, но память-то никуда не денешь...
Поэтому не пошел я к памятнику ни 29, в годовщину расстрелов, ни позже...
Слишком все это живо.